Крупнейший производитель майнеров – международная компания BitFury Group – открыла российское представительство в марте этого года. Всего за пять месяцев она стала крупнейшим блокчейн-провайдером для госструктур. В ее клиентах – ВЭБ, РЖД, Росреестр и другие. Большинство из них BitFury пока не раскрывает. Глава российского офиса CEO Bitfury Russia Дмитрий Уфаев рассказал о работе компании в интервью «Инвест-Форсайту».

– В июле 2017 г. мощности майнингового пула BitFury в сети биткоина упали до 2% от общего хэшрейта. При этом еще некоторое время назад доля BitFury в мировом майнинге биткоина колебалась в промежутке между 10% и 15%. Вы продали свои майнинговые мощности. Какой хэшрейт вашего пула в майнинге биткоина сейчас? Статистика по-прежнему показывает хэшрейт менее 2%.

– Мы продали майнинговые фермы только в Грузии, но открыли новые в Норвегии, Исландии и Канаде. Сегодня хэшрейт нашего пула 10-11%. Но если смотреть на статистику, там невозможно это увидеть и точно подсчитать, потому что у нас часть наших майнинговых мощностей подключена к Slush Pool. Доля Slush Pool в майнинге биткойна около 12-13%. Мы не можем говорить, что мы все в Slush Pool, но у нас там большая часть.

– А почему ваши майнеры подключены к Slush Pool?

– Речь идет о нашем проекте совместно с HUT8, крупном дата-центре. На момент запуска HUT8, чтобы обеспечить независимость и прозрачность от BitFury, было решено работать с Slush Pool. До того BitFury не предоставляла таких сервисов, и чтобы всё сделать спокойно, без спешки, снизив риски (запуск большого дата-центра – всегда очень большая и сложная задача), мы решили начать с инфраструктуры Slush Pool.

– BitFury – компания, известная своими майнерами. Но в России вы майнеры не продаете и как-то вообще не говорите о них. Такое чувство, что вы перестали производить майнинговое оборудование.

– Конечно, мы продолжаем производить майнеры: наша последняя модель и основной продукт – сервер BitFury B8. Просто в России мы не фокусируемся на криптовалютах и майнинге, потому что здесь пока регуляторная неопределенность.

– Но майнеры-то в России не запрещено продавать, многие компании это открыто делают, даже получают сертификаты в ФСБ.

– Майнеры продавать не запрещено. Мы просто сами напрямую не продаем. Если клиент у нас покупает, то оплачивает майнер в Амстердаме и сам занимается ввозом оборудования, которое мы отгружаем с наших фабрик в Корее. Соответственно, мы выдаем весь комплект документов, чтобы пройти границу и таможню, в том числе сертификат для ФСБ о том, что оборудование разрешено для ввоза и эксплуатации на территории Российской Федерации. Основной наш фокус в России – блокчейн. Потому что, в отличие от криптовалют и майнинга, с блокчейном с точки зрения регуляторики все понятно. У нас огромная экспертиза. Мы внедряли блокчейн в земельный реестр в Грузии – это известный наш кейс, о нем рассказывают в Гарвардской бизнес-школе. Мы внедряли блокчейн на Украине – в систему аукционов, чтобы снизить уровень фрода на торгах.

– Что вы делаете в России?

– Вы удивитесь, но очень большой интерес со стороны государственных органов на внедрение блокчейна. Сергей Собянин (мэр Москвы – ред.) дал людям, которые занимаются городским IT, указание, чтобы блокчейн был во всех городских системах. У меня есть гипотеза, почему это делается. Город заинтересован в дополнительной прозрачности, которую дает блокчейн. Абсолютно разумно и правильно, что они используют дополнительный подход в создании прозрачности и ликвидации каких-то обвинений, иногда незаслуженных. Невозможно по старинке использовать системы, которые людям не понятны.

Теперь о нашем продукте. Наш блокчейн называется Exonum – это конструктор для создания приватных блокчейнов. Exonum позволяет самому внутри компании строить блокчейн под свои нужды. Это можно сделать самостоятельно, не обращаясь в компанию Bitfury, так как исходные коды выложены на GitHub. Достаточно просто уметь программировать. Приватный блокчейн от публичного отличается тем, что если в публичном весь реестр транзакций отражается на всех подключившихся узлах сети, то в приватном блокчейне это невозможно. Если речь идет о государственном институте, например земельном реестре Грузии, не любой должен иметь возможность подключиться к сети и что-то в реестре сделать. Все узлы в приватном блокчейне под контролем того, кто создал этот блокчейн.

– Приватный блокчейн многими биткоин-евангелистами считается неправильным и не решающим проблему децентрализации.

– Когда система децентрализованная, организовать сговор для того, чтобы подделать данные, очень сложно. Чисто технически, само правительство Грузии может решить внести изменения в информацию в своих подконтрольных узлах. И, казалось бы, приватный блокчейн менее надежен, чем публичный. Но у нас есть технология, которая называется анкоринг, или «якорение», которая в определенный период времени (по желанию клиента: раз в час, раз в 10 минут, раз в тысячу транзакций и т.д., как захочет заказчик) делает цифровой слепок состояния сети, или вычисляет хэш. И если произойдут изменения в записях, если кто-то из злоумышленников попытается взломать сеть, то при пересчете блоков хэш будет другой. И наша технология позволяет сохранить этот хэш в публичной сети биткоина. Этот хэш не содержит никакой информации – лишь статус системы на определенный момент. Изменить данные в блокчейне биткоина невозможно: соответственно, манипуляция будет сразу видна.

– А кто из российских госструктур внедряет Exonum?

– Мы сделали продукт совместно с Внешэкономбанком, Агентством ипотечного кредитования и Росреестром. Маленький пилотный проект под Питером, там небольшой регион Кудрово, где все сделки ипотечного кредитования между банком, Росреестром, который делает запись о праве собственности на недвижимость, переведены в блокчейн. ВЭБ финансировал этот проект, мы разрабатывали технологию, и человек, который покупал квартиру в ипотеку, подписывал контракт на блокчейне с застройщиком. В момент, когда деньги поступали застройщику, запись о правах оказывалась в Росреестре. Такая схема работы исключает фальшивые записи в Росреестре, когда вы можете потерять квартиру: любой фрод будет сразу виден пользователям сети.

– ВЭБ ранее планировал участвовать в тех проектах, где используется блокчейн Ethereum. А бывший глава ВЭБа Сергей Горьков во время встречи с Виталиком Бутериным назвал его криптобогом. Я не слышала подобных эпитетов в отношении ваших фаундеров. Почему ВЭБ выбрал Exonum?

– Потому что Ethereum – публичный блокчейн, который не может обеспечить конфиденциальность записей о транзакциях клиентов госучреждения, в данном случае Росреестра.

– То есть вы создаете блокчейн для государства. А какие еще крупные контракты с госструктурами есть у BitFury по внедрению Exonum?

– Мы сделали систему регистрации третейских оговорок для крупнейшего российского банка, её использование в работе с должниками намного дешевле, чем ведение административных дел в судах. РЖД провела пилотный проект по внедрению блокчейна в процесс ремонта и обмена колесных пар ж/д-вагонов, создав, по сути, сервисную книжку с прозрачной и надежной историей. Организация, которая занимается продажей конфискованного товара через электронные аукционы, полностью избавилась от жалоб и административных разбирательств на итоги аукциона – это позволяет отказаться от больших бюджетов на юристов и судопроизводство.

Мы работаем и для частных компаний. Так, для борьбы с контрафактом в одной компании мы создали систему, когда вся продукция и цепочка следования на полку магазина маркируется уникальными номерами и доступна для проверки. Борьбе с контрафактом мы придаем большое значение и готовимся вступить в российскую ассоциацию «Антиконтрафакт».

Крупнейший образовательный частный холдинг «Синергия» внедряет систему учета выданных дипломов и всего образовательного процесса на блокчейн, это повысит доверие к знаниям выпускников и поможет интегрировать данные в большое количество систем, помогающих искать работу. Есть еще большое количество проектов с российскими компаниями, однако до официального анонса они находятся под NDA, поэтому следите за нашими новостями или напишите нам, чтобы узнать, как блокчейн поможет для вашей организации.

– Сколько компаний в России внедрило Exonum?

– У нас нет счетчика, а так как наш блокчейн с открытым исходным кодом, его могут устанавливать все желающие.

– Exonum работает без майнинга. Сколько у вас стоит внедрение вашего блокчейна?

– Зависит от задач. Вообще, мы не раскрываем эти данные.

Добавить комментарий